«Дуэлянт» — история офицера Яковлева (Петр Федоров), разворачивающаяся во второй половине XIX века. За большие деньги Яковлев стреляется на дуэлях вместо других людей и мечтает отомстить давним врагам, из-за которых когда-то был лишен дворянского титула и сослан на Алеутские острова. Роль главного антагониста досталась Владимиру Машкову.

  Несмотря на большой бюджет картины, подход продюсеров «Дуэлянта» был таким же, как и в авторских фильмах. Они позволили режиссеру Алексею Мизгиреву воплотить в жизнь свое нетрадиционное видение Петербурга XIX века. В первую очередь мы с Алексеем решили, что не хотим показывать город таким, каким он обычно предстает в исторических картинах.

  Это должен был быть новый город, и зритель должен увидеть то, чего не видел никогда, узнать что-то новое о жизни в то время. Если обычно для исторической картины референсом выступает живопись, то здесь Алексей Мизгирев в поисках идей нашел первые фотографии 1860—1870-х годов. Это были достаточно странные сцены, которые не характерны для нашего восприятия той эпохи. Мы двигались по этому пути — уйти от официального парадного представления, повернуться к быту, который не сохранился, к мелочам и деталям, которые все забывают. Чтобы не было ощущения, что ты пришел в музей.

 Уличные объекты, поскольку требовали серьезной декорировки, были сгруппированы в 3 комплекса. Каждый позволял снимать не одну сцену, а несколько.

   Первоначально организующей идеей стал образ города после наводнения, которое действительно произошло в Петербурге в начале 1860-х. Вода ушла, оставив после себя грязь, ил, улицы завалены торфом, конским навозом и мусором. У нас даже есть улица с баржей, которую вынесло на мостовую. Затопленная улица и баржа сразу же обостряют ситуацию. Это не смотрится кадром из традиционного исторического фильма. Ты хочешь понять, что происходит.

    Улица Чайковского с баржей

 

   Кстати, выброшенная на городскую улицу баржа — это не фантазия. На одной из фотографий Мизгирев действительно нашел корабль на мостовой. Образ со снимка воссоздали на реальной улице Чайковского, причем по сценарию этот объект изначально не играл сюжетообразующей роли. По сути, это просто улица перед входом в магазин военных товаров. Но для нас любой объект — повод создать говорящее само за себя изображение. А уже потом этот незначительный эпизод оброс своей историей.

   Петербург после наводнения

 

    Некоторые реальные объекты приходилось дорисовывать с помощью компьютерной графики, хотя основные объекты старались найти или построить. Например, эпизод на ярмарке пришлось снимать не у Казанского собора под колоннадой, как изначально планировалось, а на фоне хромакея, потому что накануне съемок колоннаду вдруг начали очищать, совершенно убив фактуру. А у нас ключевая для изображения идея — история, патина, слой грязи. Пришлось собор дорисовывать.

   Техника, в которой выполнены эскизы, отражает ориентацию на фотографию, а не на живопись. Это фотореалистичные эскизы, на которых в настоящие объекты вписаны усовершенствования, необходимые для съемок. Строить все с нуля было дорого и неэффективно, поэтому мы хотели максимально задействовать живые образцы. Мы их использовали в совершенно другом качестве, но сохраняли фактуру реальных зданий. Принцип всего фильма — соседство контрастных деталей, как, например, соседство собора и ярмарки, роскоши и простоты, величия, мощи и чего-то грубого, грязного.

 

   Балаганы у Исаакиевского собора

Так, балаган, который изначально должны были строить с нуля, разместился в здании Санкт-Петербургской государственной художественно-промышленной академии, построенной когда-то на средства барона Штиглица. Мы обнаружили патио в два этажа из арок и колонн с отличной фактурой камня и старой краски. Балаган устроили там, подняв пол на два метра, засыпав его землей и навалив доски. Это классическое помещение со сложной и богатой архитектурой, но мы сделали там земляной пол, обрезав арки на два метра и нарушив их пропорции, построив стену из барахла и щитов. Мы совершенно трансформировали пространство.

   Финальный эскиз балагана

 

   Одна из основополагающих идей фильма состоит в том, чтобы у каждого объекта прослеживалась история. В поисках нужных зданий мы отсмотрели все особняки в Санкт-Петербурге и области. Нам нужна была обветшалая роскошь, потерянная, оставшаяся в прошлом. Еще лет десять назад таких интерьеров было много, но сейчас они стремительно исчезают. На реставрированный лоск парадных дворцов смотреть невозможно: напряженный цвет, все свежее. Нет ощущения, что там жили люди.

   Ванная Яковлева

 

   Идея увядающего аристократизма в большей степени относится к помещениям в доме главного героя — офицера Яковлева, вернувшегося в Петербург из ссылки и стремящегося восстановить свое имя и дворянскую честь. Это  сквот 19 века. Причем абсолютно реальное место, особняк того же барона Штиглица, который. Наш герой в силу обстоятельств не мог вернуться к себе в особняк, должен был взять какой-то брошенный дворец, но использовать его  на свой лад.

   Спальня Яковлева

 

   Принцип всего фильма — соседство контрастных деталей, столкновение не соответствующих друг другу пространств. Так, оружейная, в которой наш герой чистит и собирает оружие, сделана в столовой, а сцена первой дуэли происходит в бальном зале.